- Где вы были в момент убийства, господин Харрисон? - спросил у него Дюбуа.

- Я надеюсь, вы не подозреваете меня, - немного обиделся Роберт, - моя жена плохо почувствовала себя, и я был вынужден проводить ее наверх, в нашу комнату.

- Вы слышали крики своего отца?

- Не очень хорошо. Я думал, он, как обычно, громко смеется. Но Клаудиа вдруг испугалась и стала уверять меня, что это крики о помощи.

- Вы сразу спустились вниз?

- Да, то есть нет, - немного поколебавшись, ответил Роберт, - моя жена была так напугана, что не отпускала меня от себя. Мне пришлось сказать ей несколько ободряющих слов. После чего я спустился.

- Вы не заметили ничего подозрительного?

- Нет, господин комиссар. В комнате уже стояли почти все наши гости. Я, едва увидев труп отца, сразу бросился звонить в полицию.

- Вы раньше отдыхали на этой вилле?

- Один раз были здесь проездом. Отец не любил, когда к нему часто приезжали, - развел руками Роберт.

- Я хотел бы поговорить с вашей женой, - сказал Дюбуа.

- Она себя очень плохо чувствует и, наверно, не сможет с вами разговаривать. Впрочем, она не сообщит вам ничего нового, - покачал головой Харрисон.

- И все-таки пусть она спустится вниз, - попросил комиссар.

- Хорошо, - недовольно сказал Роберт, - я попрошу ее спуститься вниз.

После его ухода Росс покачал головой:

- Здесь кроется какая-то загадка, Пьер. Я чувствую, что здесь какая-то нелепость. Преступление не укладывается в обычные рамки человеческих представлений. Убийца же не мог исчезнуть сам по себе. Мы где-то ошибаемся.

- Мои люди уже третий час исследуют эту комнату, пытаясь обнаружить в ней какой-либо тайник. Но пока безрезультатно, - вздохнул Дюбуа. - Кажется, в эту комнату можно было попасть только через дверь.